. .



В пятницу утром Петру по междугороднему телефону позво-
нил Василий и обВяснил, что он тут мотается, как говно в
проруби, подгоняет всех, но никто ни хрена делать не хочет,
короче, приедет он только в пятницу поздно вечером или в
крайнем случае ночью. Петр прямо при сослуживцах стал мате-
риться, настолько у него за день наросло тревоги и за Васи-
лия, и за Максима, неизвестно, купившего ли хоть что-нибудь.
Договорившись на том, что Василий вечером выезжает
кровь из носа, а если не успеет там доделать, пусть бросает
все к чертовой бабушке, пусть хоть с работы выгоняют.
Василий пробовал было заикнуться о том, что в Пушкин
можно поехать и в воскресенье, но Петр прямо завыл и пообе-
щал теперь-то уж в любом случае набить Василию морду.
Василий, не слушая, орал, что Петр на его месте руки бы
не себя наложил, что он тут на последнем дыхании все делает,
чтобы вовремя вернуться в Ленинград, а говно всякое сидит
себе там... Петр положил трубку.
Не успел на Петре и пот обсохнуть, раздался звонок.
Позвонила жена Василия (да, ведь Василий женат - не странно
ли?), Леночка, спросила, где Вася?
- Как где? На этих, буровых!
- А? Ну ладно. Ты извини, я тороплюсь. В общем, если
43



ты увидишь его раньше меня, передай, чтобы он немедленно,
понял? - немедленно ехал ко мне.
Короткие гудки.
Петр вскочил, побежал в кассу взаимопомощи и занял де-
сятку, чтобы усмирить панику, и хоть что-то сделать для об-
щего дела, как дурак, купил три бутылки сухого (портвейна не
было).


далее: . . >>
назад: . . <<

Mitxkiselo. Mitxkiselo
   . .
   . .
   42
   . .
   . .
   . .
   . .
   . .
   . .
   45
   . .